Коньячные кризисы

Первый мощный удар по индустрии коньяка во второй половине XIX века нанесло нашествие филлоксеры — завезенной из Америки мельчайшей тли, которая поразила большую часть европейских виноградников. В результате эпидемии производство коньяка — напитка, доминировавшего на европейском рынке крепкого алкоголя — резко понизилось, в 1881 году упав до уровня 63 миллионов бутылок. Освободившуюся рыночную нишу тогда заняли производители шотландского виски. В 1870-х годах они осуществили свою первую мировую экспансию и с тех пор не ослабляли позиций.


Именно в этот период как во Франции, так и за ее пределами поднялась мощная волна подделок. Так, Италия на рубеже веков вывозила, по некоторым оценкам, в 50 раз больше "коньяка", чем ввозила подлинного продукта. Часто под видом коньяка потребителям предлагались купажи спиртов из Шаранты и других регионов. Отчасти по этой причине сам термин "коньяк" приобрел расширительное значение: до сих пор во многих странах, например в Великобритании и России, его нередко употребляют как синоним слова "бренди".


Для борьбы с подделками по инициативе коньячных производителей и негоциантов в 1905—1940 годах был принят ряд законодательных актов, которые регулировали все стадии изготовления коньяка. Труднее было заставить потребителей за рубежом называть коньяком только бренди, сделанное в Шараите. Немалую роль в достижении этой цели сыграл Версальский мирный договор 1919 года, ставший итогом Первой мировой войны. По нему Германия, в частности, признавала наименования по происхождению и марки французских продуктов, а также обещала бороться с нечестной конкуренцией. Разумеется, это распространялось и на коньяк. В дальнейшем Франции удалось отстоять право собственности на наименование "коньяк" во многих странах.


Следующий тревожный период истории коньяка пришелся на конец XX века, когда возникла угроза перепроизводства напитка. Рекордным по объему продаж стал 1987 год: реализация составила 162 миллиона бутылок, а складские запасы превысили 1 миллиард бутылок. Тенденция сохранялась, и запасы коньяка в погребах к 1994 году увеличились почти до 1,2 миллиарда бутылок. По некоторым оценкам, их хватило бы, чтобы обеспечить продажи в течение последующих 9 лет.


А вскоре мощный удар по распространению коньяка нанес мировой финансовый кризис.


Как известно, он начался в странах Юго-Восточной Азии. Быстрорастущие и перспективные для коньяка рынки: Япония, Китай, Гонконг, Тайвань, Сингапур и другие (не исключая, кстати, России) — пострадали, и потребление коиьяка сократилось. В барах и ночных клубах с коньяком вновь успешно конкурировало виски — менее дорогой продукт, к тому же получивший широкую популярность в составе разнообразных коктейлей. В ресторанах все большее число сторонников приобретало вино — оно не только имело твердые позиции как основное сопровождение к блюдам, но и осваивало ниши аперитивов и дижестивов.
Коньяк же, со своим имиджем изысканного и престижного напитка, становился в глазах новой публики излишне "традиционным".


Падение спроса на коньяк после энергичного развития рынка в 80-х и начале УО-х годов обострило ситуацию в регионе производства. Виноградари протестовали, выходя на автодороги и перекрывая движение. Наконец, появились сообщения о том, что первые хозяйства решились выкорчевать со своих участков лозу и перейти на возделывание новых сортов винограда — для производства вина.