вегетарианство видовое питание человека выпечка ги гхи здоровое питание капуста кисломолочные продукты молоко мясные консервы нетрадиционные методы овощи овёс приправы рецепты русская кухня самые важные рецепты зож сладости сливки соленья соль соусы специи сыр томат топлёное масло хлеб хранение продуктов хрен ячмень

все темы

Хлеб

Хлеб - продукт спорный. Но, как мне кажется, все споры из-за того, что говорят о разном хлебе. Покупной хлеб - это продукт очень вредный, домашний же из цельной муки - продукт совершенно другой, и он является целебным, с его помощью можно не только сохранить здоровое, но и восстановить утраченное здоровье. А муку сегодня можно молоть дома из хорошего зерна, читайте о домашних мельницах-мукомолках и о том, как молоть зерно дома.

---

Об этомвкусном, душистом творении рук человеческихмне говорить непросто. Хлеб не раз спасалмил­лионы людей от голодной смерти,с ним исстари связы­вали достаток вдоме. И я сама с детства воспитана не просто в уважении, а в почитании к этомудару приро­ды.

Но чем старшея становилась, чем глубже проника­лав сферу взаимоотношений человека иокружающего его мира, тем чаще возникалвопрос: почему это добрые от природылюди не задумываются, что тво­рят,лишая хлеб его животворной силы. Какможно, взяв полноценное зерно, вырватьиз него с помощью совершеннейших машинживой зародыш, ободрать с поверхностизерен все пять слоев белковых оболочек,которые созданы природой для преобразованиясодер­жащегося в пшенице крахмала, илишать его тем са­мым важнейшихпитательных свойств.

Читатель ужезнает, что речь, по существу, идет обуничтожении механизма «самопереваривания»,который помогает нашему организму лучшеусваивать пи­тательные вещества,содержащиеся в пшеничных зернах. И чтоже остается в тонкой, белоснежной муке,которую мы получаем после того, какразмолотое хлебное зерно преодолеетвсе километры труб в недрах мукомольныхагрегатов? Голый крахмал, лишенныйкаких-либо свойств живого. Но на этомзлоключения пшеничного зерна некончаются. Муку обогащают всевозможнымиискусственными витаминами, вводятдругие химические добавки. В пекарняхс механической обработкой теста в негодобавляют химические рыхлители, вкусовыеотдушки, а иной раз и сахар, хотяспециалистам должно быть хорошо известно,что крахмал и сахар несовместимы. Всвоей книге «Формула здоровья идолголетия» я уже описывала известныйопыт, свиде­тельствующий о том, чтосладкий вкус во рту является для нашейсаморегулирующей системы сигналом:крахмал в сахаре преобразован и вводитьв слюну крахмалпреобразующий ферментптиалин нет смысла. В результате процессферментативной обработки хлеба нарушаетсяв самом начале.

В тестодобавляется также поваренная соль,кото­рая оказывает на организмотрицательное воздействие.

И меня вовсене удивляет тот факт, что в своейвра­чебной практике я сплошь и рядомсталкиваюсь с негативными последствиямиупотребления хлеба. Да вы и сами можетеубедиться в этом, взглянув на нашихра­сполневших, со вздутыми животамиженщин из низ­кооплачиваемых слоевнаселения, для которых хлеб — преобладающийпродукт питания.

Янемало размышляла над тем, как приготовитьтакой хлеб, который был бы лишеннедостатковфа­бричного.Мои многочисленные ученики и последова­телихорошо помнят один из рекомендованныхмною рецептов: прорастить пшеницу,высушить ее, перемо­лоть на домашнеймельничке или в кофемолке и выпе­катьлепешки на хмелевых дрожжах, без техдесятков химических добавок, которыми«славен» наш «Боро­динский», «Рижский»и другие сорта хлеба. В органи­зуемыхмною школах здоровья и на семинарахвсегда находились умельцы, выпекавшиевкусные, ароматные лепешки.

И все же врезультате тщательной проработки этоговопроса, многочисленных экспериментовя пришла к твердому выводу, что и такиелепешки — не более чем средство,позволяющее прийти в конце концов кполно­му отказу от хлеба.

Не будулукавить, ломтик хлеба для меня по-прежнемунаилучшее лакомство, и все же я вынужденабыла отказаться от него. Потреблениехлеба, особенно в преклонные годы,создает в буквальном смысле это­гослова невыносимые условия для нашегоорганизма. Впрочем, вам самим решать,будете ли вы по-прежнему есть хлеб. Ночтобы привычки не взяли верх над разумом,дам вам некоторую информацию краз­мышлению.

Что, казалосьбы, общего между абхазцами и якута­ми?Одни живут на Кавказе, другие — в студенойЯку­тии. Правда, представители и одногои другого народа отличаются завиднымдолголетием. Тот, кто хотя бы разприсутствовал на выступлениях ансамблятанца 100-летних абхазцев, не забудетошеломляющего впе­чатления, котороеоставляют эти энергичные, грациозныелюди. Назвать их стариками у меня простоне по­ворачивается язык: полет, ветер,вихрь!

Общее междудвумя народами — отсутствие в ихра­ционах питания хлеба. А как жечуреки, лаваш, другие не менее известныена Кавказе сорта хлебных изделий? Развеабхазцы не потребляют их? Может быть,это по­кажется вам странным, но нет,не потребляют. Точнее, в городахпотребляют, хотя ни лаваш, ни чурек, нипро­сто привычный нам хлеб никогдане входили в рацион витания абхазцев.Все это пришло в быт абхазских гор­цевот представителей других народов.Поднимитесь повыше в горы, и ни в одномабхазском селении вы хле­ба и хлебныхизделий не найдете. Его заменяетмама­лыга. Абхазские женщины перемалываютна ручных мельницах из кованого железакукурузу и из получен­ной муки варятнечто вроде очень плотной каши. Еена­резают ломтями и едят с сыром,зеленью. Кстати, мяса в рационе абхазцевв 5 раз меньше, чем у москвичей. Барашкарежут лишь по случаю праздника илиприезда гостя.

Еще однаособенность питания абхазцев: пищу ониедят только свежеприготовленную. Остаткиникогда не разогревают, а сметают состола и отдают скоту.

Что касаетсяякутов, то об особенностях их быта явпервые услышала в Доме ученыхновосибирского Академгородка, где ячастая гостья. Но в тот самый первый разменя привез туда академик А. Г. Аганбегяндля участия в клубе интересных встреч.Среди вопро­сов, которые мне тамзадавали, был и такой: почему средняяпродолжительность жизни якутов составляет133 года? Признаться, для меня это былоновостью. И я, не откладывая дела в долгийящик, поехала в Яку­тию, чтобыпознакомиться с бытом коренных жителей.

Там я узнала,что хлеба они тоже не едят, за исклю­чениемгородских жителей. Основное блюдо врационе их питания — строганина изсвежезамороженного мяса или рыбы,которую присыпают перетертым в порошоксухим оленьим мхом — ягелем или порошкомиз суше­ного хвоста сентябрьскогоизюбра. Как видите, в пищу идут продукты,не подвергшиеся термической обработ­кеи потому сохраняющие свои естественныебиологи­ческие свойства, в том числеи свойство «самопереваривания».Отвлекаясь от темы о хлебе, приведу ещедве особенности быта якутов, которыеобъясняют, на мой взгляд, их долголетие.Одну из них я упоминала в своей первойкниге «Формула здоровья и долголетия»— обычай закаливания с младенческоговозраста, когда голенького ребенкапериодически кладут в выкопан­ную вснегу ямку и держат там некоторое время.Взро­слые якуты шапок как таковых непризнают, ограничи­ваясь наушниками,а в пургу набрасывают на головы капюшоны.И еще. Как мне показалось, всем видампередвижения они предпочитают бег.

Но что былоособенно близким и понятным мне с позициймоей системы естественного оздоровления,так это привычка якута петь во времядлительных поез­док на оленьихупряжках, описывая все, что он видит впути. Как выражаются некоторые шутники:«Что ви­жу, то пою». Это сразу жеассоциировалось у меня с являющейсячастью моей системы динамическойау­тогенной тренировкой. В чем ееособенность, читатель уже знает: сознаниепереключается на восприятие при­роды,чтобы исключить его влияние наподсознатель­ную саморегуляциюорганизма. То же самое происхо­дит счеловеком, когда он выражает своевосприятие природы в форме песни. И чтоособенно важно: человек поет, не напрягаяголоса, практически на одной ноте. А сфизиологической точки зрения это нечто иное, как продолжительный выдох,превышающий по длитель­ности вдох.Как читатель увидит чуть ниже, на такомпринципе построены все восточныедыхательные упра­жнения.

Кстати,привычка петь в пути свойственнапредста­вителям многих народив, Иподшучивать, а тем более смеяться надней, как теперь видите, по меньшей мереглупо. Не лучше ли будет, если мы научимсявидеть в обычаях других народов, пустьдаже представляю­щихся нам на первыйвзгляд странными, непривычны­ми,проявления их глубинной, органичнойсвязи с при­родой, чего человекуискусственному, порожденному современнойдеформированной цивилизацией, так нехватает.

Однаковернемся к разговору о хлебе. Я вспоминаюодного из моих самых первых больныхНиколая Терентьевича, страдавшеготяжелой формой гормонально зависимойастмы. Избыток лекарств, принятых им загоды лечения, превратил НиколаяТерентьевича в трясущуюся развалину.Я приложила невероятные

усилия, чтобывырвать его из лап грозной болезни.Сняла все лекарства, которыми его такусердно пичка­ли, заставила двигаться,выполнять дыхательные упра­жнения,закаливающие процедуры. Вскоре онпревра­тился в видного мужчину сшапкой густых белосне­жных волос ичерными выразительными глазами. Дыханиеего стало свободным, легким.

Почувствовавсебя здоровым, Николай Терентьевичдопустил типичную для некоторыхизлеченныхмною пациентов ошибку: он решил, чтотеперь может позво­лить себе отступленияот естественного образа жизни. Как будтобы речь идет о какой-то таблетке: болен— глотаешь ее, поправился — глотатьперестаешь. Но, подчеркиваю еще раз,предписанный нам природой образ жизни— не горькое лекарство. Это единственновозможное состояние, в котором толькои может нор­мально функционироватьорганизм. Как, например, ры­ба в воде.

Так вот, мойНиколай Терентьевич вернулся к свое­мулюбимому черному хлебу, стал съедатьего не менее 1 кг в день. Я уж и стыдилаего, и уговаривала:

— НиколайТерентьевич, ведь умрете же.

— Лучше умру,а хлеб есть буду,— отвечал он. И ел.

В результатечерез какое-то время его не стало. Правда,умер он не от астмы, а при явленияхобширно­го инфаркта. Но это ничего незначит, точнее, означает одно — если высоздаете своему организму противоестественныеусловия существования, его саморегуля­циянарушается, и болезни, самые разные, незаставят себя ждать, А вот жена НиколаяТерентьевича, стра­давшая ракомсигмовидной кишки, прожила в системеестественного оздоровления до глубокойстарости и пережила мужа на 15 лет.

Весной 1991 г.я решила провести на себе еще одинэксперимент, чтобы проверить, не отказли от хлеба является причиной моегохорошего самочувствия. Я вспомнила, чтов прежние годы, когда отдыхала вКисловодске в санатории кардиологическогопро­филя, по настоянию врачей должнабыла в течение не­скольких днейпроходить период адаптации и избегатьпрогулок с подъемами в гору. Правда,впоследствии обо всех этих запретах язабыла и по приезде в санаторий первымделом поднималась на Большое седло,да­же не ставя врачей в известность.

Но на этотраз, в январе 1991 г., попросила ихпро­контролировать мое состояниеперед подъемом на Бо­льшое седло ипосле возвращения. Все физиологиче­скиепараметры — прежде всего дыхание ипульс — ока­зались в норме. Послеэтого я начала есть хлеб и делала это втечение трех месяцев. Приехав снова вКисловодск, попросила врачей зафиксироватьрезультаты эксперимента. Но еще до ихзаключения мне стало ясно, что потреблениехлеба не прошло даром. Подни­маясь наБольшое седло, я ощущала нехваткувоздуха, дискомфорт. Данные обследованияподтвердили мои субъективные ощущения.Я прибавила в весе, организм работал сперегрузками, в напряженном адаптацион­номрежиме, частота дыхания и пульс заметнопревы­шали показатели, зафиксированныетри месяца назад.

Тогда у меняотпали последние сомнения в том, чтохлеб, несмотря на его древнее происхождение,не прибавляет человеку здоровья, а,напротив, вызывает нару­шениясаморегуляции человеческого организмаи связанные с ними хронические заболевания.

Очевидно,это объясняется тем, что при выпеканиив духовке при температуре около 300° Сили на сково­роде, где нагрев доходитдо 250° С, происходят необра­тимыеразрушения структуры воды, входящей всостав теста, и белков, что делает ихплохоусвояемыми. Здесь, по-видимому, икроется разгадка негативного отноше­ниямногих ученых к хлебу. Так, один изнаиболее известных гигиенистов в областипитания Г. Шелтон пишет, что самое большоенесчастье человека — изобретение хлеба.Очевидно, именно поэтому он счи­таетвсе зерновые культуры неполноценнымпродуктом питания.

Что касаетсяменя, то я в лечебном питании доста­точношироко использую зерновые, хотя иварьирую их применение в зависимостиот состояния больного и особенностейего организма. Одним назначаю блюда изовса, другим — из пшеницы, третьим — изриса. Для здоровых же людей никакихограничений на потребле­ние пшеницы,ячменя, риса, ржи, кукурузы, гречихи,проса и других семян травянистых зерновыхрастений нет. Их можно проращивать,измельчать, готовить гу­стые илижидкие каши, отваривать клецки, галушки,лапшу, любые другие блюда, какие толькопридут вам в голову (соусы, например,кремы и т.д.). Главное — соблюдать правилаих приготовления, существующие в кухнецелебного питания и приведенные в .этойкниге. Основное из этих правил — притепловой обработке ис­ходных продуктовникогда не превышать температуру кипенияводы, а саму термообработку ограничиватьнесколькими минутами.